Общие представления восточных авторов о географии Восточной Европы

      Основные принципы землеописания ученые халифата заимствовали из античной географии. По греческой традиции, арабские географы считали населенной лишь одну четвертую часть северного полушария («обитаемая четверть»). Земли к югу от экватора рассматривались как необитаемые. Населенная часть земли подразделялась на семь широтных зон-климатов, шедших с юга на север. Народы Восточной Европы по этой классификации оказыивались в пределах шестого и седьмого климатов. Из элементов физической географии Восточной Европы лучше всего арабо-персидские ученые знали гидрографию региона — моря и реки, по которым пролегали основные торговые пути того времени.
      От греков арабы унаследовали представление о том, что земля была окружена Мировым океаном, называвшимся Окружающим морем (ал-бахр ал-Мухит). Разные части этого Окружающего моря, его заливы, считались отдельными морями, соединенными друг с другом. К числу заливов не относилось только Каспийское море как изолированный водный бассейн (Lewicki. 1961. Р. 70—77). Описания Окружающего океана и его морей помещались, как правило, во вводных частях географических сочинений. Один из наиболее подробных рассказов об Окружающем море содержится в труде географа XIV в. Абу-л-Фиды. Охарактеризовав моря, омывающие Африку, Абу-л-Фида далее переходит к Евразии:
      «Затем море простирается на северо-восток, пока не достигнет моря ас-Син и ал-Хинд (Индийский океан), затем поворачивает на восток, пока не поравняется с крайним восточным пределом Земли. Там [находится] страна ас-Син (Китай). Затем море отклоняется к востоку от [страны] ас-Син и идет в направлении севера, затем простирается на север, [протекая] к востоку от страны ас-Син, пока не выйдет за пределы страны ас-Син и не поравняется с преградой Йаджуджа и Маджуджа. Затем море поворачивает, окружая земли, состояние которых [нам] неизвестно, простирается на запад и оказывается к северу от Земли, равняется со страной ар-Рус, минует ее и поворачивает на запад и на юг, окружая Землю, и оказывается в западной части. [Далее] море простирается вдоль берегов, [населенных] различными неверными народами, и равняется со страной Румийа (Византия) на западе» [Абу-л-Фида. Р. 20 (араб. текст)/24 (франц. пер.)].
      Черное море считалось заливом, отходящим от восточной части Средиземного моря. Обычным наименованием Черного моря в арабо-персидской литературе было Море Бунтус (бахр Бунтус), что являлось арабской передачей греческого названия моря — «Понт». Довольно часто вследствие неправильной постановки диакритических знаков в слове Бунтус название Черного моря встречается в форме бахр Нитас. Другие названия Черного моря в арабской литературе производились либо от имен народов, обитавших вдоль черноморских берегов, либо от наименований приморских городов. Первым собственно арабским названием Черного моря было распространенное в IX и отчасти в X в. наименование Хазарское море (бахр ал-хазар). В X в. Черное море именовалось также Русским (бахр ар-рус). Из рек бассейна Черного моря арабы знали Дунай (Данубис, Дану), упоминаемый с IX в., благодаря знакомству с греческими источниками. С Днепром арабы познакомились поздно; его название в восходящей к античной географии форме Данабрис впервые встречается в источнике середины XII в. (Идриси. С. 12, 909, 912, 913, 921, 957).
      Арабское название Азовского моря — бахр Майутис — восходило к его греческому наименованию «Меотида» и по традиции, унаследованной от античной географии, рассматривалось арабо-персидскими учеными как отдельное море или озеро, связанное с Черным. Впадающий в Азовское море Дон, известия о котором первоначально поступали в страны халифата через Хазарию, назывался античным именем Танаис. Арабские географы имели смутное представление об истоках Дона, но его нижнее течение было знакомо им уже в IX в.
      Каспийское море получило много названий, связанных с наименованиями прилегающих к этому морю стран, народов и городов. Арабская литература сохранила одно из древних названий Каспия — Гирканское море, употреблявшееся в форме Джурджанское море по имени крупного торгового центра на юге Каспия. Другим распространенным у мусульман названием Каспийского моря было Хазарское море, закрепившееся за ним с X в. Существовало и много других наименований, имевших локальный характер, — Дербентское (бахр ал-Баб), Табаристанское, Дейлемское, Ширванское и др.
      Балтийское море впервые упоминается в мусульманской историографии только в XI в. Среднеазиатский ученый-энциклопедист ал-Бируни (973-1048 гг.), описывая Окружающее море, говорит, что на севере, близ земли славян, от него отходит залив, называемый по имени одного из проживающих там народов Варяжским морем — бахр Варанк (Бируни. С. 121; АГЛ. С. 248). В XII в. ал-Идриси называет много стран и городов, лежащих вдоль его берегов, — Булунийа (Польша), Зувада (Швеция), Финмарка (Норвегия и Финляндия), Табаст (область финского племени хяме, др.-рус. емъ), Астланда (Восточная Прибалтика) (Идриси. Р. 949—956; Идриси/Туулио. Р. 2—27). Однако сведения ал-Идриси о Прибалтике остались уникальными в арабо-персидской географии. По всей вероятности, это связано с тем, что ал-Идриси не привел названия моря. Весьма показательно, что даже хорошо знавший сочинение ал-Идриси Абу-л-Фида в своем описании Балтийского моря опирается исключительно на данные ал-Нируни:
      «Рассказ о море Варанк. Я [нигде] не нахожу упоминания об этом море, кроме как в сочинениях Абу Райхана ал-Бируни и в книге ан-Насира, и я придерживаюсь мнения, высказанного ал-Бируни. Он говорит, что море Варанк отделяется от Окружающего моря на севере и простирается в южном направлении; его длина и ширина значительные. Варанк — это народ, [живущий] на его берегу» (Абу-л-Фида. Р. 35/42).
      Как видно, Абу-л-Фида называет еще одного автора, обладавшего какими-то сведениями о Балтийском море, — некоего ан-Насира. Под этим именем, как полагают, может подразумеваться персидский ученый-энциклопедист XIII в. Насир ад-дин-ат-Туси, однако о том, какие данные он приводит о Прибалтике, ничего не известно.
      Помимо перечисленных гидронимов, сравнительно легко поддающихся идентификации, у арабо-персидских географов фигурируют и такие, отождествление которых вызывает немалые трудности. Дело в том, что существует принципиальная разница между географической номенклатурой средневекового писателя, у которого то или иное наименование может являться авторской умозрительной конструкцией, и современными топонимами, гидронимами и оронимами, каждый из которых точно соответствует какому-нибудь одному географическому объекту. Так, для Восточной Европы в арабо-персидской географии выделяются несколько названий, которые либо в принципе не могут быть отождествлены с каким-либо конкретным географическим объектом, либо такое отождествление будет весьма условным. Кроме того, географические названия, как и другие термины, историчны, что также нельзя игнорировать при работе со средневековыми источниками. Например, некоторые реки Восточной Европы в разное время носили различные наименования в арабо-персидской географии.
      В первую очередь сказанное относится к характеристике крупнейшей водной магистрали Восточной Европы — реке Атил, которую в литературе принято без всяких оговорок отождествлять с Волгой. Между тем гидроним Атил, во-первых, охватывал не весь бассейн реальной Волги, а во-вторых, он мог включать в себя представления и об иных реках Восточной Европы.
      Приведем для примера одно из описаний Атила в сочинении ал-Идриси:
      «Река Атил берет начало на востоке, в области басджиртов, затем течет между [землями] баджнаков и булгар, являясь границей между ними. Она течет на запад, пока не пройдет позади булгар; затем снова отклоняется на восток, пока не минует [области] русов, булгар, буртасов и хазар с тем, чтобы влиться в море ал-Хазар. Говорят, будто Атил разветвляется более чем на 70 рек, но главное русло реки впадает в море ал-Хазар. Рассказывают, что если воды этих рек объединить, то они образуют более полноводную реку, чем Джейхун или Балх (река Аму-Дарья). От этой реки отделяется рукав, [текущий] на запад до впадения в море Нитас» (Идриси. С. 834-835).
      Чтобы разобраться в этом описании, следует проследить, как шло накопление знаний о реках нашего региона среди ученых Арабского халифата. Самые общие знания арабо-персидских географов о водных бассейнах Восточной Европы первоначально воплощались в представлении о существовании громадного Константинопольского «пролива» (халидж), который около Константинополя ответвлялся от Средиземного моря (моря Рума) и шел на север, разделяя земли славян, и впадал в Окружающий океан. На картах «Атласа ислама» Константинопольский пролив изображали в виде мощного водного потока, связывавшего на севере море Рума с Окружающим океаном. Река Атил на этих картах изображена впадающей в Хазарское море, которое представляет собой замкнутый водный бассейн (MA. Bd. I. Н. 1). Однако уже в IX в. арабские географы знали о том, что Черное и Каспийское моря были связаны друг с другом посредством впадающих в них рек. В X в. среди арабских географов распространяется представление о том, что Атил соединяется с Черным морем посредством рукава, ответвляющегося от реки близ Волжской Булгарии и текущего в Понт. На карте ал-Идриси в нижнем течении Атила изображены два рукава, один из которых впадает в Каспий, а другой — в Черное море. Таким образом, под нижним течением Атила арабские географы подразумевали не только реальную Волгу, но и участок Дона от излучины до устья.
      Географическая традиция арабо-персидской литературы за основное русло верхнего Атила, как правило, принимала реку Каму. Ее истоки искали далеко на востоке, путая их с верховьями Иртыша. Что же касается реальной верхней Волги, то знания о ней воплотились в представлении о том, что какая-то часть течения Атила проходила по землям русов (Lewicki. 1961. Р. 78—79). В связи с этим в арабо-персидских сочинениях X в. упоминается гидроним Русская река (нахр ар-рус), обозначающий либо приток Атила (Худуд/Бартольд. Л. 106), либо весь Атил (BGA. Т. II. Р. 13).
      В XII в. в арабской географической литературе (у ал-Идриси) вновь появляется Русская река, но на сей раз она не имеет ничего общего ни с Атилом, ни с реальной Волгой. У ал-Идриси данный гидроним является умозрительной авторской конструкцией, возникшей в результате соединения информации из разных источников: космографических представлений арабов, арабо-персидской географической традиции, сведений, восходящих к рассказам скандинавских информаторов о путешествиях по рекам Восточной Европы. Русская река ал-Идриси воплощала представление о возможности водным путем пересечь Восточноевропейскую равнину в меридиональном направлении и попасть из Черного моря в Балтийское. Поэтому Русская река ал-Идриод в принципе не может быть отождествлена с какой-то реальной водной магистралью Восточной Европы, однако в сообщениях о ней можно уловить черты знакомства с отдельными участками конкретных рек. Например, устью Русской реки на Черном море соответствует Керченский пролив, откуда вел путь по Азовскому морю на нижний Дон (Идриси. С. 909—910).
      Сведениями о рельефе Восточной Европы арабо-персидская астрономическая география в очень большой степени была обязана античным представлениям. Почти все названия гор для нашего региона у географов этого направления восходят к Птолемею. В описательную же географию из древнеиранской космогонии проникло представление об окружающей землю горе Каф, под влиянием которого сформировалась теория о единой горной цепи, проходившей с запада на восток по всей земле. Ал-Идриси и более поздние географы упоминают гору Кукайа — грандиозную горную цепь, опоясывающую крайний северо-восток ойкумены, от Северной Атлантики до северных морей Тихого океана:
      «Это большая гора, протянувшаяся от моря Мраков до края обитаемой земли. Эта гора простирается до страны Йаджуджа и Маджуджа на крайнем востоке, пересекает ее, проходя в южном направлении до темного, черного моря, называемого Смолистым. Это очень высокая гора, никто не может подняться на нее из-за сильного холода и глубокого вечного снега на ее вершине» (Идриси. С. 910).
      Что касается конкретных знаний о рельефе Восточной Европы, то лучше всего арабо-персидским географам были известны Кавказские горы (ал-Кабк), являвшиеся северной границей халифата (Lewicki. 1961. Р. 77).
      В основе представлений арабов об этнографии Восточной Европы лежала распространенная и в мусульманском мире библейская концепция о разделении земли между сыновьями Ноя (араб. Нух). Согласно воззрениям арабских авторов, народы Восточной Европы — славяне, русы, хазары, булгары, тюрки — (считались потомками Иафета (араб. Йафас).



   назад       далее   

Rambler's Top100