На пути "из варяг в греки"

      С начала IX в. отдельные отряды норманнов проходят Днепровским путем в Черное море, а к концу века, после возникновения единого Древнерусского государства, их число резко возрастает, и скандинавская знать, дружинники, отряды наемников и купцов появляются в самых разных местах Восточной Европы. Земли к югу от Ильменя представлены в древнескандинавских источниках несколько иначе, чем ладожско-ильменьский регион. В первую очередь, мы не найдем здесь оригинальных, собственно скандинавских географических названий, хотя различные источники знают большое число городов, рек, местностей. Все они являются переработкой местных топонимов. Другая особенность заключается в случайности упоминаний топонимов в этом регионе. Среди них представлены и названия городов, и небольших поселений, и днепровских порогов. Но многие встречаются только один раз и включены в текст, очевидно, в силу каких-то особых обстоятельств, например, рассказа очевидца.
      Таково, вероятно, происхождение упоминания одного из известных сочинению императора Константина Багрянородного порогов в рунической надписи с о. Готланд: «Ярко окрашенные установлены эти камни: Хагбьярн [и его] брат Хродвисл, Эйст [и] Эймунд вместе установили эти камни по Хравну к югу от Ровстей. Они добрались вплоть до Айфора. Вифиль вел [отряд]» (Рунические надписи. № 17). Из текста явствует, что заказчики камня находились в походе вместе с погибшим братом и потому хорошо осведомлены о названии места, где повернули вспять. Упомянутые лишь один раз, подобного рода названия всегда с трудом поддаются идентификации. Так, например, возможно с уверенностью говорить, действительно ли крепости Витичев и Устье, охранявшие переправы через Днепр южнее Киева, названы в норвежской рунической надписи: «Эгиль установил этот камень по Торальду, своему сыну. Он умер в Витахольме между Устахольмом и Гардами» (Рунические надписи. № 6). Основанная только на фонетическом сходстве первых основ с названиями Витичев и Устье, их идентификация не чем предположение, которое не может быть доказано или опровергнуто.
      Большая же часть топонимов представлена в перечнях в графических сочинениях:
      «В том государстве есть [часть], которая называется Руссия, мы называем ее Гардарики. Там такие главные города: Морамар, Ростова, Сурдлар, Хольмгард, Сюрнес, Гадар, Палтескья, Кэнугард» (Географические сочинения. С. 65).
      В других сочинениях в список входит также Смоленск (Smaleskia). Среди 9 названий городов в перечнях только Хольмгард — Новгород постоянно упоминается в других источниках. Три других: Кэнугард — Киев, Сурдалар — Суздаль и Палтескья — Полоцк, называются в нескольких рассказах, остальные присутствуют только в списках городов, причем Сюрнес и Гадар однозначно идентифицировать невозможно.
      Также и список рек в другом трактате, в котором перечислены Днепр (Nepr), Нева (Nyia), Сейм (Seimgol), Западная Двина (Duna, Dyna), Волга или Волхов (Olkoga), Северная Двина (Vina), Кама (? Кumа), не имеет продолжения в не-географической традиции. Из поименованных рек сагам известны только Западная и Северная Двина.
      Вопрос о происхождении этих перечней не решен. Очевидно, что список городов должен восходить ко времени не позже первой половины XI в., после чего приток скандинавов на Русь резко сокращается. Но когда именно и каким образом он сформировался, как сохранялся до времени записи, пока не установлено.
      Наконец, единственные широко употребительные топонимы — обозначения Киева и Константинополя, занимавших исключительное положение на «Восточном пути». В названиях этих двух городов, как и в названии Holmgardr, присутствует основа gard-: Kcenugardr и Miklagardr, которая не встречается в обозначениях никаких других городов. Очевидно, что «северные» наименования на -gardr образовали топонимическую модель, которая была использована при знакомстве с другими городами, связанными единым путем. Новгород, Киев и Константинополь — три важнейших центра на пути из Скандинавии в Византию, и названия на -gardr отмечают начало, срединный пункт и конец пути «из варяг в греки».
      В обозначении Киева, очевидно, использовано в качестве первой основы местное славянское наименование. Согласно наиболее аргументированной точке зрения, топоним Koenugardr образован от Кыянъ-градъ (Кыяне, т.е. жители Киева). Топоним же Miklagardr, от скандинавской основы — mikill, «большой, великий». Однако название «Великий город» могло возникнуть как непосредственная реакция скандинавов на величие этого древнего города, так и как калька его определений в Византии и на Руси.
      Таким образом, освоение скандинавами пути «из варяг в греки» отразилось в древнескандинавской топонимии в появлении названий двух наиболее важных на этом пути городов и закреплении данных названий в традиционных знаниях о Восточной Европе. Однако эти наименования были образованы по топонимической модели, сформировавшейся в ладожско-ильменском регионе. Тем самым они дают основание датировать возникновение «северных» топонимов на -gardr временем до начала широкого проникновения скандинавов в Среднее Поднепровье и интенсивного функционирования Днепровского пути, т.е. до второй половины IX в.



   назад       далее   

Rambler's Top100