Повесть об Акире Премудром

Синагрип, царь Адаров и Наливской страны

      В то время аз Акир книгчий бех. И речено ми есть от бога: "от тебе чадо не родиться". Имение же имех паче всех человек и поях жену и устроих дом и жих 60 лет, и не бысть ми чада. И создах требники и възгнетих огнь, и кадех сь благоуханиемь, и рех: "Господи боже мой! Аще умру, и не будеть ми наследника, и рькуть человеци: Акир праведен бе и богу истиньно служаше. Аще умреть, не обрящется мужьск пол, иже постоит на гробе его, ни дивическ пол, иже бы его оплакал, ни иже по нем задницю взметь и будеть наследник. И ныне прошю у тебе, господи боже мои, даи же ми мужьск пол. Егда приставлюся, да всыплеть ми персть на очи мои". И господь послуша моления моего, и глас ми приде с небес, глаголя: "Акире, всяко ти прошение створю, а еже о чаде, то не проси у мене. Се сестриць твои Анадан, и сего поими в сына место". И яко услышах глас от господа, и пакы възъпих: "Господи боже мои, аще бы у мене мужьскый пол, и в день смерти моея въсыпал бы персти на очи мои. Аще бы до смерти своея вдал бых гривну злата на потребу собе, не истощил бы дому моего". И не бысть ми гласа, и приях речь господню, и приях сестрица своего Анадана в сына место. И млад бе, и дах одоити и. Вскорьмех и медом и вином и одех и бебром и брачином и взрасте, и научих и всякои грамоте. И царь ми тако рече: "О Акире, премудрый книгчие, светниче, мои! Аще, старев, преставишися, кого обрящю светьника моего?" И тако отвещах: "Царю, в векы живи. Есть у мене сын, якоже есмь аз: уму и всякои премудрости и книгам научих и". И отрече ми царь: приведи ми сына своего, да вижю и, аче можеть предо очима моима угодити, да тя тогда отпущу домовь и в старости днии своих в покои живеши". И поях сына сноего Анадана и приведох и к царю. И узре царь и отвеща, рька: "благословен буди в дньишнии день, Акире, яко представил еси сына своего пред мною в животе моем". И поклонихся цареви: "ты сам веси, како есмь служил отцю твоему и тобе и ныне дечьства отрочати сего пожди ми, и да будеть милость твоя на старости моеи". И яко услыша от мене речь мою царь, и клять ми ся, ркя: "яко за дни чада твоея ничтоже не пременить". И аз, Акир, оставих сына си от учения своего, егда насытих и, яко хлеба и воды, учения моего. И глаголах ему тако:
      "Человече, внимаи глаголы моя, господину мои Анадане. Всякому наказанью ясн буди во всех днех жития твоего. Аще что слышиши от царя или видиши в дому его, да сгниеть в сердци твоем, и не известиши его человеком. Аще ли исповеси, то будуть ти уголье горящи на последок ожещися, и тогда тело твое с пороком будет. Сыну, аще что слышиши, не поведаи никому; аще что узрыши, не обавляй; увязана ужа не отрешаи, а отрешена не завязаи. Сыну, не взираи на красоту женьскую и сердцем не жадай ея; аще и все имение даси еи, никоторыя ползы обрящеши от нея, но паче в грех впадеши. Чадо, не буди жесток, якоже кость человеча, но буди яко боб мягок..."

      [Вслед за тем идет огромно количество (больше ста) поучений Акира Анадану.] Далее следует:

      "Сыну, еже тя научих, то с прикупом воздай же ми от своего и от моего". И сему всему научих аз, Акир, сестрица своего Анадана. Аз, Акир, тако рех в сердци своем: яко сын мои Анадан моего наказания послушаеть, и представлю и царю в свое место; не уведех, яко Анадан не послушаеть речи моея. Аз тщяхся научити и, а он помышляше о смерти моеи и тако деяшеть: "отець мои стар есть и ближе ему к смерти, а уже умом скуден есть". И нача Анадан возмущати дом их и растачати дом мои без милости и бияше рабы моя и рабыни моя и милыя моя пред очима моима великими ранами, и кони и ослята моя умаряюще без милости. И яко видех Анадана тако деюща, и вознегодовах, сжалих си, пощадех имения моего, рех: "сыну, не порти ми скота моего, поистене бо в писании глаголет: "о нем же ся кто не трудит, то того не рядить".
      Шед возвестих Синагрипу царю своему. И тако ми отвеща царь: "до живота твоего, Акире, да не обладаеть домом твоимь ин". Анадан, узревь брата своего, его же такоже кормях в дому своемь, и нача от того дни завидити и гоняти, рек: "еда Акир, отечь мой, отженеть мя и оному задничю дасть". Яко учютих и тако мысляща и сварих и сице рек: како пропортил ми еси. Наказания моя и скот мои испортил еси..."

      [Далее рассказывается о том, как разоренный Анадан, сочинив подложные письма от имени Акира, оклеветал его перед Синагрипом, будто он вошел в тайное соглашение с царями персидским и египетским и замыслил отдать им царство Синагрипа. Синагрип поверил клевете и велел отсечь Акиру голову, поручив казнь человеку, которого Акир сам некогда спас от смерти. Акир велел устроить перед своей смертью похоронный пир палачам и их помощникам.] Вслед за тем в тексте читаем:

      И упишася, и леже кождо их спати. И тогда аз, Акир, встона из глубины сердца своего и рех к другу своему, ему же мя велил погубити, и рех ему: "взри на небо, убойся бога; в сей час помяни, яко дружбою живяхов дни многи, помяни, яко цар, Синагрепов отец, ведал тя бе мне на усечение и бывши вине на тя, и аз удержах тя и исправих яко без вины, и схраних тя, дондеже взыска тобе царь. И се ныне молю ти ся, зане аз продан тобе, и нене молю ти ся: не погуби мене, но соблюди мя, яко же и аз тя соблюдох. Створи милость свою со мною, от царя не устрашаися. Се бо есть мужь у мене в темнице, ему же имя Арапар, образом сличен мне и повинен есть смерти. Да свелекши ризы с мене, облецы и извед и вон и извести други свое и, приближающимся им, посещи и отнеси главу его 100 лакот, яко ти есть повелел царь". И яко услыша от мене рець сию, прискорбна бысть душа его и рече ми: велик суд царев, како могу ослушатися его? Но за любовь твою, яко же ми рече, тако створю, писано бо есть: "иже любит друг друга своего, положит душю свою зань". И аз ныне соблюду; аще ны обличить царь, да погибну с тобою". И се рек, взя порты моя и возложи ризы моя на Арапара и вывед вон, извести други своя и рече им: "видите, се усекаю и". И приближающимся онем, усеце главу его и отнес от тела 100 лакот... Промчеся слово то по всеи земли Адорьстеи и Наливестии, яко Акир книгции убиен бысть. И тогда друг мои и жена моя уготоваста ми место в земли 4 локот в долготу, в ширину, в глубину и ту внесоша ми хлеб и воду. И шед друг мои взвести Синагрипу царю, яко "Акир усекновен бысть, яко же еси повелел". Вси людие, слышавше, всплакашася, и жены их сетовахуся и глаголаху: "Акир, премудрыи книгции земля нашея, убиен бысть, иже бе твердь градом нашим, и си аки убиица убиен бысть. Отселе такого не имам налести". И посем рече царь сыну моему Анадану: "иди в дом, сетуй отца своего и, минувшим днем сетования, взвратися и прииди ко мне". И прииде сын мои Анадан в дом мои и не прият сетования отинудь ничтоже, ни помышляше о смерти моеи, но паче собра игрецы и гудцы в дом мои и нача творити пиры великыя с веселием и рабы моя умаряше, нача казнити казнями великими и муками лютыми мучаху. И то не довляшеть ему, но и к жене моеи глаголюще, яко быти еи с ним. И аз, Акир, лежахи во тме и сени смертней, слышах, якоже творяше сын мои Анадан в дому моем и вздыхах в горести сердца своего и не можах ничтоже створити. Изнеможе тело мое от беды, юже видих. И посем друг мои приде посетить мене, и влезшу ему ко мне, сед у мене, начя тешити. И рех аз другу своему: "исходящю тобе от мене, помолися за мя к богу, и рех тако: "свят еси, господи, и праведен истинен. И ныня помяни раба своего и изведи ис темнице сея, и на тя възложил упованье свое. Егда бо бех в сану своемь, телци упитанныя, агнеци приношах ти, владыко. И се ныне яко мерьтвець в земли погребен бых и не вижу света твоего. Ныне, господи боже, призри, изведи мя от рва сего. Послушаи молитвы сея, ею же молюся тобе".
      И яко слыша егупетский царь фараон, яко Акир убиен бысть, и возрадовася радостью великою зело. И посла фараон царю Синагрипу, написа грамоту, а рка тако: "От егупечкаго царя фараона адарьскому и наливському царю радоватися. Хощу делати дом межу небом и землею. Да посли ми мудра делателя, дазделают ми и устроять я, яко же ми годе будеть, и ину мудрость прошу да ми отвещаеть. Аще ми пришлешь толь мудра делателя, аще ми створить, елико ему рку, 3 лета дани моеи прислю ти; аще ли ми не пришлеши такова мужа мудра или вспросу моему не отвещаеть, 3 лета дани земля своея да прислеши ми"...

      [Никто из приближенных Синагрипа не в силах выполнить требование египетского фараона, в том числе и Анадан. Синагрип скорбит о смерти Акира, но друг его, которому было поручено убить Акира, признается царю, что он не выполнил царского приказания. Обрадованный Синагрип велит привести к себе Акира.] Далее в тексте продолжение рассказа Акира:

      Як узря мя царь, великим плацем всплакася и устыдеся царь мене, зане преже в велице чти имяше мя. И мшувшу часу, и отвеща ми царь, рече: "О Акире! Аз не согреших, но сын твои Анадан си вся приведе на тя". И отвещах, рех цареви: "Господи мои царю! Уже есмь видил лице твое, то уже беды не поднял есмь никоея же". Отвещав ми царь и рече: "Иди ныне в дом свои и прибуди 40 днии и тогда приди ко мне". И аз, Акир, идох в дом свои и пребых 40 днии, и изменися тело мое и бых, яко и прежь.
      И приидох пред царя, и рече ми царь: "не слышал ли, Акыре, что писа египетьскый царь на Адорьскую землю и Наливсию? И вси людие слышавшеи убояшася того и отбегоша от предел своих?" И отвещав рех: "...ныне повели, царю, да взвестят людем, яко Акир жив есть и предстоит цареви, и да услышавше мя, зберутся, а о писании, еже ти писа фараон, то не печален буди: аз бо шед и отвещаю ему, а 3 лета дани земля его взем, принесу ти". Яко се слышав царь, возрадовася радостию великою и съзва умники земля своя и вда ми дары великыя и друга моего, иже мя избавил от смерти, выше вельможь своих посади.
      Тогда аз, Акир, послах в дом свои и рькох: "налезите ми орлица две и вскормите я; рцете ястребником моим, да научать я горе взлетати, и устроите клетку, и обрящеть у домочадець моих детя ясно, и всадите в клетку к орлицама и тако учите я възлетати; отрочя научите глаголати: "понесите извисть и камение, се делатели доспели суть", и привяжете вервь к ногама има". И устроиша отроци, яко им повелехь. И посемь собрашася адорьстии и наливьсии людие в домы своя. Рекох: "ныне посли мя, царю, да иду к егупетьскому царю фараону".

      [Придя к фараону, Акир его требование - построить дом между небом и землей - оставляет невыполненным, так как фараон не выполняет его встречного требования: подать при помощи орлов строительные материалы мальчику, находящемуся в клетке. Так же удачно справляется Акир с другими испытаниями мудрости и загадками, которые задает ему фараон. Среди этих загадок есть такая: стоит одно дубовое бревно; на том бревне двенадцать сосен, на каждой сосне по тридцати колес, а на колесе по две мыши - одна черная, другая белая. Акир легко разгадывает эту загадку, сказав, что в Адорской и Наливской земле смысл ее знают и конюхи: это год, месяцы в году, число суток в месяце, день и ночь. Фараон дает Акиру дань и отпускает его из Епипта. Акир отказывается от подарков, которые предлагает ему благодарный Синагрип, и советует наградить мим друга, спасшего ему жизнь, а для себя просит выдачи ему Анадана. Синагрип исполняет его просьбу, а Акир, заковав Анадана в железо и сильно избив, укоряет его, пользуясь при этом многочисленными притчами и сравнениями.] Повесть кончается так:

      И рекох ему тако: "Был ми еси, сыну, яко яворово древо, росло бо есть над рекою. Да оже ражалося на нем ягода, то впадало в реку. И пришед к нему господин и рече: хочю тя посечи". И рече древо: на другое лето на мне вишни взрастут". И рече ему тако глагол его: "своее ягоды не возрастив, можеши ли чюжа ягоды возрастити на собе?" Сыну, рекли суть волку: "почто ходиши по овчах, а прах ти летит в очи?" Он же рече им тако: "порох овчии здравие есть очима моима". Сыну, волчье детя дали учити книгам и рекли ему тако: "рчи: аз, буки". ОН же рече: "ягнятка, козлятка". Сыну, из него же тя есмь учил, се еси умыслил на мя, да противу тому бог есть; еже добро творить, тому добро будеть. Правды моея деля и тя по твоему зломышлению хочет погубить. Ослю голову возложили на злато блюдо, и свалися доловь в полел и рекли ей тако: "своеи голове не смыслиши добра, оже из чести валишися в попел". Сыну, иже рекли суть в повестех: "оже родивше, то сыномь звать, а еже скот даявше, то холопом звать". Бог, иже мя воскресил, то буди межю нама пря".
      В той час надувся Анадан, аки кнея, и переседеся на полы. Иже добро творить, тому добро будет, а иже яму копаеть под другом, да сам в ню впадеть.



   назад       далее   

Rambler's Top100