Поучение митрополита Даниила

Наказание 12

      ...Господь рече: "Блажени плачущеи, и горе смеющимся ныне, яко възрыдаете и всплачете". Ты же сопротивная богу твориши, а христианин сый, пляшеши, скачеши, блуднаа словеса глаголеши и иная глумлениа и сквернословиа многаа съдеваешии и в гусли и в смыки, в сопели, в свирели вспеваеши, многаа служениа сатане приносиши... Господь заповеда, река: "Блюдите, да не отягчають сердца ваша обиадением и пианством". Ты же обиадаешися яко скот и пианствуеши день и нощь, многажды и до блевания, якоже и главою болети и умом пленитися. Несть сие христианскаго закона, несть сие ищущих царства небеснаго. Господь заповеда, рек: "Научитеся от мене, яко кроток есмь и смирен сердцем, и обрящете покой душам вашим". Ты же ни мало сей заповеди хощеши научитися, но и не внимаеши и паче множае гордишися и превозношаешися, рыкаеши аки лев, и лукавьствуеши яко бес, и на диаволская позорища течеши яко свинопас. Жены красны блудница или ино лице женовидно красноюнеющеся видев, и светло и мягко тело объюхав, и притек, объем, целуеши, мызжеши и рукама осязаеши, и толико безстуден и безумен быв, бесовьскою любовию восхотився к ней, аки бы ея внутрь себе вместити, сице - помрачен сый, якоже от безсловесных бываа, аки жребець некий сласнояростивый, рзая и сластию распалаася, аки огнем горя, яко вепрь к свинии своей похотствуа, и употевая и пены испущаа, сице и ты, безсловесным позавидев, словестное естество в безсловестное поработив, о человеце, сице услажаешися сластми и от разгорения тела сластей мокроты испущая, не престаеши, и не точию не престаеши и исцелитися не требуеши, но, огнь ко огню прилагаа, не стыдишися. Велий подвиг твориши, угожая блудницам: ризы изменяеши, хожение уставляеши, сапогы велми червлены и малы зело, якоже и ногам твоим велику нужу терпети от тесноты сьгнетения их, сице блистаеши, сице скачеши, сице рыгаеши и рзаеши, уподобляяся жребцу, благому же обычаю, простоте, и кротости и съмирению, якоже боголюбием обычай есть, целомудренно и смиренно житие ни мало хощеши навыкнути, но яко блудницам обычай есть, сицев нрав твой уставляеши. Власы же твоа не точию бритвою и с плотию отъемлеши, но и щипцем ис корене исторзати и ищипати не стыдишися, женам позавидев, мужеское свое лице на женское претворяеши. Или весь хощеши жена быти? Оли омрачениа сластей плотских! О безумиа конечнаго! Свободное оставив, к работному течеть: не хощу, рече, жена быти, но мужь, яков же и есть. Да аще еси муж и не хощеши жена быти почто брады твоея или ланит твоих власы щиплеши и ис корене исторзати не срамляешися? Лице же твое многоумываеши и натрываеши, ланиты червлены, красны, светлы твориши, якоже некая брашна дивно сътворено на снедь готовишися. Устне же светлы, чисты и червлены зело дивно уставив, якоже неким женам обычай есть кознию некоею ухитряти себе красоту, сице же подобно им ты украсив, натер, умызгав, благоуханием помазав, мягцы зело уставляеши, якоже сими возмощи многих прельстити. Тело же свое не точию обиадении и пианствы, но и безчисленными измовении и натрывании и сице блистатися и светлитися устроаеши, якоже велми дивен некий камень лучи светлыи испущаа...



   назад       далее   

Rambler's Top100